Наверно, слышали такое слово. Система неуловимых и вездесущих моральных норм, впитываемых с молоком матери и ремнем отца и призванных упростить/упорядочить жизнь. Ибо моральные нормы хоть и неписаны, но о них знают [почти] все. А если кто не знает, то всегда есть, кому напомнить.

Повсюду одни этические вопросы. Что ни день, то новая проблема. Этично ли клонировать человека? А овечку этично? Можно ли пересаживать стволовые клетки? Этична ли эвтаназия? И хорошо ли урны с прахом прошедших сию процедуру выбрасывать в ближайшее озерцо? Разрешать ли гей-парады? А однополые браки? А усыновление детей этими самыми однополыми? Допустимо ли насилие в играх? А если мочить не людей, а уродов с четырьмя клыками? А если кровь будет не красная, а зеленая, то можно и людей? А что скажете об абортах? О трансвеститах? О ношении паранджи в общественных местах? А можно ли негров называть неграми? А можно ли смотреть на девушек с вожделением по пути на свидание? А что насчет легких наркотиков? А анального секса? Должно ли быть равноправие полов? Хотите женщину-президента? Да-да, охуеть и наебнуться.

Далее…

Богатая традиция нонконформизма. Целый культурный пласт. Навскидку можно назвать творчество группы “Кино” и почти все Егора Летова. Но поскреби обструганной дощечкой — покажется конформист, хоть как тут буть.

Конечно, если окинуть бегло взглядом интернетное пространство, покажется, что присутствует некое бурление говн и сумятица мнений, называемая свободой слова. Но об этом еще Хазанов остроумно сказал, между прочим: «И когда сейчас кто-то орёт, что он думает иначе, может быть, есть смысл сперва убедиться в том, что он вообще думает?». Это раз. А во-вторых, нонконформисты,  материально поддержанные и обласканные не самой бедной оппозицией кое-где (в том же интернете, бля) представляют большинство и гоняют бедных лояльщиков с фортепиано на девятый этаж. Поцреоты и либерасты, ну да.

Далее…

Комиксы бывают разные: такие, такие и даже такие. Сегодня так-сяк накидаю еще, источник — ясно дело, буржунет.

Далее…

Чем дальше семимильными шагами шагает прогресс, тем, казалось бы, меньше места остается для непонятного, загадочного и непредвиденного. Кажется, все можно просчитать — курс доллара, расписание самолетов, погоду. Да только не совсем выходит — хуяк, и доллар летит к чертям; хуяк, и просыпается вулкан в Исландии с непроизносимым названием; хуяк, и самолеты не летают, а те, что летают, позорно цепляются за деревья.

Далее…

Интересно, какая поебень движет человеком, когда он решает заняться психоанализом или походить на какой-нибудь крутой тренинг? Желание быстро решить проблемы в бизнесе и личной жизни. Вера во всемогущество науки. Или простое любопытство. Да хрен разбери. Хорошо еще, что у нас не страна победившего дяди Сэма, где у каждого есть свой психоаналитик. Даже у психоаналитиков. Особенно у них.

И полстраны лежит на кушетках, вспоминая свое внутриутробное состояние, а вторая половина слушает эти бредни. Но ведь может быть как у героя Джерома К. Джерома, который прочел медицинский справочник и обнаружил у себя симптомы всех болезней, кроме одной — воспаления коленной чашечки. Я так думаю, почувствовать себя шизофреником или каким-нибудь там невротиком еще того проще.

Далее…

с простынь, бессонницей рваных, срываться, ревнуя к Копернику, его, а не мужа Марьи Иванны, считая своим соперником…

В определенном возрасте, в пору юношеских прыщей заморочек и не менее юношеского максимализма, для человека существует два определенных страха: быть в серой массе и быть изгоем. Так, в вакууме, желательно уметь что-нибудь, что не под силу другим: пробегать стометровку за 10 секунд, разбирать компьютер с закрытыми глазами или выпивать бутылку «Талламора» из горла, не поперхнувшись. Или что-нибудь изобрести. Или писать музыку, стихи, фотографировать или рисовать. Или-или-или.

Такое себе фейковое доказательство, что ты не просто топаешь по дорожке от колыбели до могилы. «Желание быть творцом» и «зависть к тем, кто сумел отличиться». Ну да, стереотипы, но в книжных магазинах не одну полку занимают книги с названиями «Развитие творческого мышления», «Серьезное творческое мышление» и даже «Хищное творчество». Сайты с головоломками и тестами IQ тоже не страдают от нехватки посетителей [салют мальчишу веб-мастеру]. Но вот можно ли таким образом развить творческое мышление? Или же необходим неуловимый, тончайший компонент, который либо есть с рождения, либо отсутствует? Дар. Он же талант. А, может, «талант ничего не решает; только жертвы, упрямство, фанатизм и труд каторжника» (с)…

Далее…

Да, кинематограф я люблю. Не весь, конечно. Однако неделю назад меня на фильмы очень-очень проперло, сильнее обычного, поэтому не удивляйтесь, что после поста о Дэвиде Линче я напишу опять же о том, что связано с киноискусством. Догма-95 — это неплохо.

Ларс фон Триер, Кристиан Левринг, Сорен Якобсен и Томас Винтерберг — бесспорно, режиссеры не для даунов. По всей видимости, весна 1995 года в Дании навеяла на них мысли о ебле том, что капиталистическая киноиндустрия себя изжила и активно разлагается. По их мнению, буржуазный кинематограф преподносил зрителю в завуалированной форме мир иллюзий, в котором под толстым слоем лоска и гламура скрывалась суровая правда жизни. Проще говоря, говно в конфетной обертке.

Сознание зрителя усыплялось посредством воздействия приторных сюрреалистичных историй про сказочных эльфов и всепоглощающую нирвану. Жажда наживы заставляла режиссеров навязывать наивной публике своё восприятие мира, кино теряло свою индивидуальность, нерв, драматургию, что в конечном счете и привело к упадку смысловых фильмов. Именно на волне всеобщего благодушия и появился фон Триер, принесший с собой мощные потоки свежего воздуха.

Далее…

Он то плакал, то смеялся,
То щетинился, как еж.
Он над нами издевался.
Ну, сумасшедший — что возьмешь.

Дэвид Линч — это, конечно, талант. Признанный гений сюрреализма, да еще и мастер на все руки — режиссер, художник, музыкант («Blue Воb») и даже где-то писатель («Поймать большую рыбу. Медитация, осознанность и творчество»). Тем, кто более-менее знаком с его работами, периодически приходит в голову вопрос — это плодородная почва штата Монтана родит таких или влияет многолетняя трансцендентальная медитация по методу Махариши? А черт разгадай.

Далее…

Интерес к своему прошлому — естественное и понятное чувство. Вспомните бум литературы и фильмов о так называемых «попаданцах» (начавшийся далеко не вчера — стоит отметить «Янки из Коннектикута при дворе Короля Артура» Марка Твена 1889 года и «Да не опустится тьма» Лайона Спрэга де Кампа 1939 года; а из фильмов, например, «Армию тьмы»).

Но между нами и людьми прошлого неизбежно возникает непонимание. Оно может быть очным — в виде проблемы отцов и детей (ну или дедов и внуков) и заочным — при чтении тех же книг, просмотре фильмов и полуторачасовой подготовке к экзамену по отечественной истории. Эта своеобразная стена непонимания мешает творческим людям и историкам создавать хорошие, достоверные произведения. Но в чем корень различий? Очевидно, в психологии, или, шире говоря, в мировосприятии и мировоззрении.

Далее…